Герман Алексей Георгиевич (Юрьевич)

1938 год
-
2013 год

Россия (СССР)

«…я не очень жалую глупых людей и человечество вообще»

А.Г. Герман

Отечественный кинорежиссёр.

Родился в семье  известного советского писателя Юрия Германа.

«Я видел, как работает Алексей Герман, как досконально он продумывает построение кадров и детали. Реквизитор накрывал на стол для съёмки сцены - день рождения. Герман подошёл и говорит:
- Здесь неправильно сделано. Селёдочница должна стоять головой не в левую сторону, а в правую.
Я спросил:
- Какая разница?
- Будешь смотреть фильм, поймёшь, - ответил Герман.
Действительно, когда я посмотрел «Мой друг Иван Лапшин», понял, что фильм сделан гениально. Разумеется, селёдочница была тоже гениальной».

Фарада С.Л., Уно моменто!, М., «Рутена», 1999 г., с. 164-165.

«Герман и Кармалита быстро написали сценарий, названный тогда «Что сказал табачник». Быстро нашлись деньги. Быстро выбрали артиста на главную роль Антона-Руматы, земного учёного-разведчика на отсталой планете, в королевстве Арканар: Александр Лыков, Казанова из сериала «Менты», помните такого? Быстро сменили артиста, когда громовержец Герман выяснил, что Лыков успел заключить несколько телевизионных контрактов. Руматой стал Леонид Ярмольник. Герман на голубом глазу говорил, что понятия не имел, какой там Ярмольник известный артист, - а просто вот увидел этого парня по ти-ви, он там какие-то призы раздавал, ну и подумал: вон какой у него нос хороший, и лицо такое, средневековое, и вообще обаятельный... чем не Румата? К тому же, говорил Герман, Ярмольник и впрямь лучше всех сыграл пробу, неожиданно хорошо: глазами сыграл, а не телом. Ярмольник, снимавшийся в десятках фильмов, в том числе очень недурных, народная звезда, телеведущий, шоумен и бизнесмен, терпел безропотно. Он-то хорошо понимал, что главная роль у Германа - это входной билет в зал славы, в ВИП-зону истории кинематографа; он готов был платить за этот билет дорого, очень дорого.
Он только не понимал, насколько дорого на самом деле. Потому что потом начались съёмки - в Питере, под Питером, в чешском замке Точник. И стрелки остановились.
В Точнике грузовики возили тонны и тонны грязи, сваливали под крепостные стены, грязь размывала вода из поливальных установок, превращая в маркую мерзкую жижу: в Арканаре всегда дождь и грязно. Над съёмочной площадкой летали молнии и гремел германовский виртуозный мат. О том, как примерно шли съёмки, хорошо рассказывал Петр Вайль, ныне покойный замечательный эссеист, друживший с Германом довольно коротко: вот обсуждают снятый накануне эпизод на десять секунд экранного времени, говорят полтора часа, решают, что вон тот мальчишка руки пусть складывает, как складывал, но поднимает сантиметров на пять выше, и отправляются переснимать. Или ещё: как-то Вайль, две недели назад приезжавший на съёмки, набирает номер Ярмольника; на вопрос «как дела?» тот отвечает не без иронии - так же, там же, снимаем тот же фильм. Трубку отбирает Герман, иезуитски уточняет: «И ту же сцену!». Ярмольник держался почти четыре года, ссорился, мирился, отстаивал своё или подчинялся - и всё это время, кстати, работал бесплатно. Потом сломался и хлопнул дверью. Хлопок вышел громкий: Ярмольник интервью не давал, но в частных разговорах на расспросы о Германе натурально хватался за голову, Герман давал интервью и метал молнии на большую дистанцию, нашёл вместо Ярмольника двойника-дублёра, но всерьёз подумывал переснять картину так, чтобы всё было - глазами героя, а героя-то и не видно, вот, получите. Потом всё вроде как-то наладилось.
- Как у вас сейчас-то отношения с Ярмольником? - спрашиваю.
- С Лёней? Прекрасные отношения! - откликается Герман бодро. - Мы сейчас дружим. Правда дружим, по-настоящему.
Съёмки длились семь лет. Собственно съёмки: доработка, монтаж, озвучание - всё было ещё впереди. Всё продолжается до сих пор…»

Гаррос А., Время Германа, в Сб.: «Сноб». 30 лучших очерков 2008-2011 / Составитель С. Николаевич, М., «Астрель», 2011 г., с. 475-477.

Вспоминает сам Алексей Герман: «В другой раз вся группа отказалась со мной работать и вышла из автобуса. Мы ехали со съёмок, возбуждение ещё не улеглось, и я то к одному прискребусь, то к другому - почему это было не так, что было не так?! Наконец оператор закричал: «Я устал! Я 12 часов работал, а ты мне переедаешь мозги! Остановите автобус, я пешком пойду!» Вскочил художник: «Ты меня достал!» И вышел. И вся группа встала и вышла. Я остался в автобусе один. Светки (жена - Светлана Кармалита - Прим. И.Л. Викентьева) не было, она уехала в Москву. И я сказал водителю: «Трогай! Доберутся как-нибудь». И уехал. А они остались. В сорока километрах от жилья в экзотических костюмах после съемки. На счастье, сзади ехала наша пожарная машина, они вернулись на ней, внавалку, зацепившись зубами за бампер. А утром приехала Светка, побежала по номерам всех мирить: «Вы котика тоже обхамили...» - и всё сгладилось. На съёмках я вообще стараюсь, чтобы она работала со мной, от этого толк и мне, и картине, но она больше всего любит руководить движениями народных масс или принять участие в истории «от кого монтажница беременна»... Герман целиком отстранён женой от житейского. Знающий всё про суть бытия, он ничего не знает о быте. Кармалита вывела его за скобки всех забот. Отучила включать газ, чинить пробки, объясняться с малярами, сантехниками и таксистами. Если жена в отъезде, он не в силах даже выпить кофе: «Чёрт его знает, как включать эту кофеварку!» В реальной жизни он беспомощен настолько же, насколько всесилен на съёмочной площадке. Помню, как я увидела их первый раз на «Ленфильме» много лет назад. Он - громогласный и задиристый, она – тихий воробушек. «Думаешь, кто у них главный?» - спросил меня бывалый приятель-киношник. Я посмотрела на него, как на идиота: «Герман, конечно!» - «А вот и нет! Запомни: Германа делает Кармалита». Прошло почти двадцать лет. И я спрашиваю Германа об исторической роли Кармалиты…»

Токарева М., Укрощение гиганта, журнал «Elle», 2002 г., сентябрь, с. 32.

А.Г. Герман, после окончания института, работал помощником в театре Г.А. Товстоногова.

Новости
Случайная цитата
  • Краниология по Францу Галлю
    Учение Франца Галля возникло в годы, когда в Европе была популярна физиогномика Иоганна Каспара Лафатера...«В последнее десятилетие XVIII века в Венском университете большую популярность приобрел врач и анатом Франц Йозеф Галль, выступавший с лекциями о том, что центром всей психической деятельности человека является головной мозг. В те времена, когда многие полагали, что высшие движения души берут начало в сердце, а дурное настроение вырабатывается где-то в районе селезенки, идеи Галля казались...