Елизавета Петровна

1709 год
-
1761 год

Россия (СССР)

Российская императрица (с 1741 года), дочь Петра I и Екатерины I Алексеевны.

Отца в детстве видела редко, её воспитанием занималась сестра Петра I или семья А.Д. Меншикова.

«… в Елизавете очень была сильна славянская традиция. Она была русской во всём: безалаберной, великодушной, доброй, бестолковой. А.К. Толстой в своей сатирической саге об истории Государства Российского эти её качества отметил: «Весёлая царица была Елизавет; поёт и веселится, а всё ж порядка нет». С политической точки зрения царствование Елизаветы - это форменный застой. Никаких новых реформ, никаких великих потрясений. Елизавета нашила себе столько платьев, что их негде было держать и некогда носить, устраивала балы и спектакли. Конечно, вкус к западной жизни у неё был, но только в смысле досуга. Однако и этого хватило, чтобы не прошла контрреформация. Елизавета отменила смертную казнь, но забыла отменить пытку. Екатерина сделала ровным счётом наоборот. Она поступила как европеец XVIII века: вернула смертную казнь, но пытки отменила как средневековое варварство. Цивилизация без избыточной доброты, без сантиментов у Екатерины; и сердечная доброта без цивилизации у Елизаветы. Словом, двадцатилетие правления «дщери Петровой» люди вспоминали потом со слезами умиления на глазах, почти как эпоху Леонида Ильича. Хотя Елизавета была гораздо добрее».

Новодворская В.И., Поэты и цари, М., «Аст», 2010 г., с. 416.

 

«Следует сказать о психопатологически отягощённой наследственности Елизаветы Петровны: признаки дегенерации в семье (случай слабоумия и смерть в детском возрасте других пятерых детей Петра I), наличие психических расстройств у самого Петра I, а также алкоголизм матери, о которой писали: «Она вечно пьяна, вечно покачивается, вечно в бессознательном положении».
Рождение Елизаветы до брака подало повод считать её «незаконной» и на этом основании отказывать в праве на русский престол. Это обстоятельство привело к тому, что Елизавета в течение очень продолжительного времени оставалась в тени, почти без надежды когда-либо выйти из своего скромного положения цесаревны сомнительного происхождения.
Естественным её уделом явилась исключительно личная жизнь. В период до восшествия на престол и сформировался окончательно характер Елизаветы.
Жизнь общества, в котором она вращалась, проявлялась в поголовном пьянстве не только мужской, но и женской его части. Оргии и любовные утехи в пору её проживания в Александровской Слободе чередовались с посещениями церковной службы.
В последние годы безумный страх смерти сломил силы императрицы. Частые истерические припадки, не заживающие трофические раны на ногах и кровотечения, с которыми становилось всё труднее бороться, говорили о неизбежном и близком конце. На многие дни замыкалась она в одиночестве, предаваясь ничегонеделанию и печали. Каждая попытка выйти из этого состояния изнуряла её.
Незадолго до смерти Елизавета Петровна стала испытывать страх одиночества. Она боялась остаться одна в комнате, ей чудились призраки замученных ею людей. Ей казалось, что её должны убить, и каждую ночь она ночевала в разных комнатах дворца, чтобы убийцы не могли её найти.
По воспоминаниям Екатерины II, «здоровье императрицы становилось всё хуже и хуже; тогда почти у всех начало появляться убеждение, что у неё бывают очень сильные конвульсии, регулярно каждый месяц, что эти конвульсии заметно ослабляют её организм, что после каждой конвульсии она находится в течение двух, трёх и четырёх дней в состоянии такой слабости и такого истощения всех способностей, какие походят на летаргию, что в это время нельзя ни говорить с ней, ни о чём бы то ни было беседовать».
Природный разум императрицы в значительной мере парализовался её колоссальной ленью, болезненным безразличием к делам, вследствие чего «не токмо внутренние дела государственные многие иногда лета без подписания ею лежали, но даже и внешние государственные дела, яко трактаты, по нескольку месяцев, за леностью её подписать имя, у неё лежали».
Праздный и ненормальный образ жизни в течение многих лет, частое обращение к «горячительным напиткам» Усиливали эту апатическую лень до крайних размеров. К началу Семилетней войны у императрицы все чаще случались припадки «алкогольной эпилепсии».
Из воспоминаний аккредитованного при петербургском дворе дипломата Гельбига: «Она двадцать лет правила самым незначительным образом, была постоянно до бесчестия пьяна, проводила дни и ночи, отдаваясь самым скотским страстям, и сослала за это время до 80 000 человек в Сибирь».
О её смерти тот же историк сообщает: «Главной болезнью Елизаветы констатирован скорбут, последствие ненормальной жизни... Болезнь принимала всё большие и большие размеры и, разумеется, к ней присоединилось ещё немало всевозможных болезней, добытых Елизаветой всё из того же источника - необузданного пьянства и чрезмерных половых удовольствий.
Даже в последнее время болезни она не переставала пить...
Из всех качеств, облагораживающих женщину, за Елизаветой не числилось ни одного, но зато она блистала пороками не только одного женского, но и мужского рода».
Утверждения различных биографов, доказывающие наличие алкогольной зависимости императрицы («до бесчестия пьяна» и «необузданное пьянство»), а также снижение памяти, гиповитаминоз, «истерические» припадки, позволяют с уверенностью говорить о полном развертывании у Елизаветы Петровны алкоголизма как заболевания, достигшего конечной (третьей) стадии, которая обычно сопровождается судорожными приступами «алкогольной эпилепсии», а также различными соматическими расстройствами. Описания последних припадков позволяют предположить и возможность нарушения мозгового кровообращения».

Шувалов А.В., Женская гениальность: история болезни, М., «Альпина нон-фикшн», 2012 г., с. 168-170.

 

 

В 1868 году в шутливом стихотворении «История государства Российского от Гостомысла до Тимашева»
А.К. Толстой написал:

Весёлая царица
Была Елисавет:
Поёт и веселится,
Порядка только нет.

Новости
Случайная цитата
  • Способность и неспособность самостоятельно ставить цели по Филиппу Лершу
    «От способности к принятию решений следует отличать самостоятельность при постановке целей, хотя оба эти признака личного типа воли взаимосвязаны, так что люди, неспособные принимать решения, часто представляют другим ставить перед ними цели, чтобы таким образом избежать дилеммы выбора. Однако эти качества не тождественны. При нерешительности речь идёт о неспособности сделать выбор между возможными целями и взять на себя ответственность за это решение, а о недостаточной самостоятельности п...