Вышеславцев Борис Петрович

1877 год
-
1954 год

Россия (СССР)

Русский юрист (по образованию), религиозный философ.

В 1922 году - выслан за границу на «философском пароходе».

В эмиграции Б.П. Вышеславцев пытался осуществить синтез религии, психоанализа и философии. Он считал, например, что интуиция -  «прорыв» к абсолютному, которое «недано в понятиях».

«В своей поздней работе «Два источника морали и религии» Бергсон создаёт модели двух типов общества.
В «нормальном» состоянии общество представляет собой замкнутую и воспроизводящую саму себя систему, противящуюся чему-то новому.
Само перейти в новое состояние, принять новую мораль или новую религию общество не может.
Могут сделать это лишь отдельные, «героические» и в то же время, с точки зрения традиций, «преступные» личности, которые создают новые ценности, а затем примером, обаянием или силой увлекают остальных за собой, становятся реформаторами и вождями масс.
Магомет - самый типичный пример этого бергсонианского реформатора.
Между прочим, данная теория Бергсона вполне могла бы быть интерпретирована в фрейдистском, сексуально-энергетическом ключе, и об этом свидетельствует трактат русского философа Бориса Вышеславцева «Этика преображённого эроса».
Эта работа Вышеславцева была написана почти одновременно с книгой Бергсона (Строго говоря, Анри Бергсон опубликовал свою работу в 1932 году, а  Б.П. Вышеславцев - в   1934 – Прим. И.Л. Викентьева) и очень близка с ней по основным диспозициям мысли. Бергсон в «Двух источниках...» и Вышеславцев в «Этике преображенного эроса» независимо друг от друга вводят различение двух форм морали: морали внешней, социальной - морали закона, нормы, обязанности - и морали добровольного сердечного порыва.
Существенная разница между двумя этими мыслителями состоит, во-первых, в том, что русский философ сближает такой «сердечный порыв» с фрейдовским понятием сублимации, а во-вторых, в том, что Вышеславцев считал «сердечный порыв» делом индивидуального совершенствования, в то время как Бергсон считал даже индивидуальные преображения явлением общественным, ибо этические лидеры, по его мнению, обладают даром увлекать людей новыми ценностями и вести их за собой».

Фрумкин К.Г., Пассионарность: приключения одной идеи, М., Изд-во «ЛКИ». 2008 г., с. 30-31.

 

«Для правильной постановки вопроса о сублимации свободы он обращается к последнему в то время слову в области моральной философии - к этике Шелера и Гартмана. Эти философы разработали этические системы, согласно которым существует объективно значимая, но субъективно то и дело нарушаемая «иерархия ценностей». Согласно взглядам Шелера и Гартмана, строение мира ценностей таково, что низшие ценности в большей степени обладают принудительной силой по отношению к человеческой воле, в то время как высшие ценности духа требуют морального усилия для их осуществления.
Иначе говоря, сила ценностей обратно пропорциональна их высоте.
Для реализации высших ценностей духа необходимы два основных условия: усмотрение высоты ценностей и наличие реальной воли к её осуществлению. Ибо, говоря словами Вышеславцева, «идеальная иерархия ценностей не может ничего реально детерминировать. Со своей стороны, реальная воля не может ничего идеально детерминировать (т. е. делать по своему произволу добро - злом, а зло - добром). Только совмещение усмотрения идеальной иерархии ценностей и реальной благой воли может гарантировать осуществление положительных ценностей в бытии.
Для несублимированной воли, развивает далее свою мысль Вышеславцев, закон обратного соотношения между силой и высотой ценностей сохраняет свою силу.
Но для сублимированной, то есть проникшейся духом служения воли этот закон отменяется: высшие ценности становятся для сублимированной воли онтологически сильнейшими.
Притяжение же более сильных по своей природе низших ценностей теряет свою былую силу, приобретает подчиненное и в случаях святости нулевое значение.
Подводя итоги своим построениям, Вышеславцев говорит, что процесс сублимации соответствует тому, что христианская мистика говорит о преображении человека, об его обожении. В этом смысле Вышеславцев говорит далее о «новой этике» и о «преодолении морализма в этике». «Истинно благодатная этика, - добавляет он, - есть та, которая способна преображать и сублимировать».
Главным органом этого «преображения Эроса» Вышеславцев считает, как мы уже указывали, воображение, конечно, благое, а не злое.
В пределе творческое воображение подготовляет почву для благодати.
Но этого мало. Сублимация как возвышение души предполагает, по Вышеславцеву, существование Возвышенного. В противном случае сублимация была бы лишь субъективным утончением души, а не имела бы онтологического смысла. Иначе говоря, объективное бытие мира ценностей является условием возможности подлинной сублимации. Но так как иерархия ценностей находит свое завершение в Боге и Его Царстве, то Вышеславцев обосновывает свою этику религиозно.
Идя по этому пути, он устанавливает «аксиому зависимости» человеческой личности от Господа Бога. Человеческое «я», возвышаясь в порядке сублимации над миром, «предстоит Абсолютному».
В этом и заключается сущность «трансценденции» - выхода к Запредельному, когда человеческое «я», выходя из пределов «мира», чувствует себя абсолютно одиноким, если оно сквозь тьму, отделяющую тварь от Творца, не увидит свет, исходящий от Божества. «И свет во тьме светит, и тьма не объяла его». […]
Таков в общих чертах основной замысел замечательной книги Вышеславцева «Этика преображённого Эроса».

Левицкий С.А., Вышеславцев Борис Петрович – предисловие к книге: Вышеславцев Б.П., Сочинения, М., «Раритет», 1995 г., с.10-11.

 

См. также подборку портала VIKENT.RU: Психологические защиты.

 

 

В юности Борис Вышеславцев общался в Германии с Николаем Гартманом, позже на него повлияли идеи Карла Юнга о бессознательном.

Новости
Случайная цитата
  • Находчивый поступок Исмения по описанию Клавдия Элиана
    «Я не могу не рассказать о находчивом и истинно греческом поступке Исмения из Фив.Однажды послом от своего родного города он прибыл ко двору персидского царя и пожелал самолично переговорить с ним о своём деле. Хилиарх, который докладывал царю нужды посольств и вводил посетителей, сказал ему: «Чужеземец из Фив (хилиарх Титрауст говорил, конечно, через переводчика по-персидски), здесь такой закон: представший пред лицом царя не удостаивается разговора с ним, пока не сделает земного поклона. Если...