Замятин Евгений Иванович

1884 год
-
1937 год

Россия (СССР)

«Мир жив только еретиками:
еретик Христос, еретик Коперник, еретик Толстой.
Наш символ веры - ересь: завтра - непременно ересь для сегодня,
обращённого в соляной столп, для вчера, рассыпавшегося в пыль».

Евгений Замятин

Русский инженер-кораблестроитель, писатель.

«В Лебедяни родился... Рос под роялем: мать - хорошая музыкантша. Гоголя в четыре - уже читал. Детство - почти без товарищей: товарищи - книги. До сих пор помню дрожь от Неточки Незвановой Достоевского, от тургеневской «Первой любви». Это были - старшие и, пожалуй, страшные; Гоголь - был другом».

Замятин Е.И., Автобиографическая заметка, в Сб.: Литературная Россия (Сборник современной русской прозы), Том. 1, М., «Новые вехи», 1924 г., с. 69.

По собственным словам Е.И. Замятина, у него было «две жены»: кораблестроение и литература.

В 1923 году писатель написал: «Взрывы - малоудобная вещь. И потому взрывателей, еретиков справедливо истребляют огнём, топором, словом. Для всякого сегодня, для всякой эволюции, для трудной, медленной, полезной, полезнейшей, созидательной, коралловой работы - еретики вредны: они нерасчётливо, глупо вскакивают в сегодня из завтра, они - романтики. Бабефу в 1797 году справедливо отрубили голову: он заскочил в 1797 год, перепрыгнув через полтораста лет. Справедливо рубят голову еретической, посягающей на догмы, литературе: эта литература - вредна. Но вредная литература полезнее полезной: потому что она - антиэнтропийна, она - средство борьбы с обызвествлением, склерозом, корой, мхом, покоем. Она утопична, нелепа - как Бабеф в 1797 году: она права через полтораста лет».

Замятин Е.И., О литературе, революции и энтропии / Сочинения в 4-х томах, Том 4, Мюнхен, 1988 г, с. 293.

О творчестве: «Должно быть, иногда бываешь в состоянии насыщенного раствора - и тогда случайного зрительного впечатления, обрывка вагонной фразы, двухстрочной заметки в газете довольно, чтобы кристаллизировать несколько печатных листов... На какой-то маленькой станции... перед самым окном - как вставленная в рамку - медленно проплыла физиономия станционного жандарма: низко нахлобученный лоб, медвежьи глазки, страшные четырёхугольные челюсти. Я успел прочитать название станции: Барыбино. Так родился Анфим Барыба и повесть «Уездное»».

Замятин Е.И., в Сб. Как мы пишем, Л., Издательство писателей в Ленинграде внутри Гостиного двора, 1930 г. с.  32.

В 1924 году на английском языке был опубликован роман-антиутопия «Мы» – пародия на новое общество и быструю переделку человека, которые в те годы провозглашали сторонники большевистских идей (например, А.А. Богданов и А.К. Гастев). Для написания романа автор использовал свои впечатления, полученные во время командировки в Лондон и наблюдения за регламентированной жизнью англичан.

В ответ на публикацию романа за рубежом, советские власти сняли пьесы Е.И. Замятина с репертуара и перестали публиковать его произведения… В 1932 году, с помощью М. Горького, Е.И. Замятин уехал в Париж.

В России роман «Мы» впервые был опубликован лишь в 1988 году.

«Первое, что бросается в глаза при чтении «Мы», - факт, я думаю, до сих пор не замеченный,- что роман Олдоса Хаксли «О дивный новый мир», видимо, отчасти обязан своим появлением этой книге. Оба произведения рассказывают о бунте природного человеческого духа против рационального, механизированного, бесчувственного мира, в обоих произведениях действие перенесено на шестьсот лет вперёд. Атмосфера обеих книг схожа, и изображается, грубо говоря, один и тот же тип общества, хотя у Хаксли не так явно ощущается политический подтекст и заметнее влияние новейших биологических и психологических теорий».

Джордж Оруэлл, Рецензия на «Мы» Е. И. Замятина / «1984» и эссе разных лет, М., «Прогресс», 1989 г., с. 306.

«Замятин не болтун литературный и без разглагольствований: за 29 лет литературной работы осталось - под мышкой унесёшь; но весь – свинчатка».

Ремизов А.М., Стоять – негасимую свечу. Памяти Евгения Ивановича Замятина, в книге: Перхин В.В., «Открывать красоты и недостатки…» Литературная критика по рецензии до некролога. Серебряный век, СПб, «Лицей», 2001 г., с. 207.

Новости
Случайная цитата
  • Очерк о Дмитрии Сергеевиче Лихачёве Д.А. Гранина
    «Дмитрий Сергеевич Лихачёв жил, работал в полную силу, работал ежедневно, много, несмотря на плохое здоровье. От Соловков он получил язву желудка, кровотечения. Почему он сохранил себя полноценным до 90 лет? Сам он объяснял свою физическую стойкость «резистентностью». Из его школьных друзей никто не сохранился. «Подавленность - этого состояния у меня не было. В нашей школе были революционные традиции, поощрялось составлять собственное мировоззрение. Перечить существ...