Брунеллески Филиппо

1377 год
-
1446 год

Италия

Итальянский архитектор, скульптор и изобретатель эпохи Возрождения, один из основоположников научной теории перспективы.

Самое знаменитое произведение Филиппо Брунеллески - купол флорентинского собора Санта-Мария дель Фьоре, который увенчал основание, построенное ещё в XIII веке.

 

«В детстве, подмастерьем в ювелирном цеху, он овладел искусством рисунка и живописи, резьбы по дереву литья из серебра и бронзы, каменной кладки, чернения и эмали. Впоследствии он изучал оптику и целыми днями возился с колесиками, шестеренками, гирями и ходовыми механизмами. Тогда же он смастерил несколько хитроумных часов. Знание механики пригодилось Брунеллески - именно он в одиночку разработал законы линейной перспективы. Поистине вся жизнь Брунеллески исподволь вела его к этому куполу. Пройдя долгий путь от смышленого подмастерья до искусного мастера, он взялся за непосильную для многих задачу: выстроить купол непревзойдённой красоты, величия и мощи - под стать славному городу.

На протяжении следующего, 1419, года попечители собора встречались с Брунеллески несколько раз, выведывая всё новые детали его плана. Мало-помалу они начали осознавать, насколько блестящей (и рискованной!) была его затея. Купол Брунеллески должен был состоять из двух концентрических оболочек: внутреннюю, видимую изнутри собора, покрывала внешняя, более широкая и высокая. Чтобы справиться с распором - давлением, действующим на купол в горизонтальном направлении под влиянием его веса, отчего он мог дать трещину или обрушиться, - Брунеллески придумал скрепить стены натяжными кольцами из камня, железа и древесины, вроде обручей на бочке. Первые 17 метров купола он собирался возвести из камня, а затем использовать другие, более лёгкие материалы - пористую вулканическую породу или кирпич. Кроме того, он клятвенно обещал попечителям собора, что не будет строить традиционные леса с опорой на землю. Это сулило огромную экономию древесины и рабочей силы - по крайней мере при возведении первого 21 метра - и потому пришлось всем по душе.

В 1420 году попечители собора согласились сделать Филиппо Брунеллески руководителем строительных работ. При этом они поставили одно условие. Убеждённые в том, что конкуренция гарантирует качество работы, купцы и банкиры назначили второго руководителя. Им стал Лоренцо Гиберти, как и сам Брунеллески, золотых дел мастер. История их соперничества началась еще в 1401 году, когда они боролись за другой вожделенный заказ - новые бронзовые двери для флорентийского баптистерия. В тот раз победителем вышел Гиберти. (Много позже Микеланджело с восхищением назовёт его двери «Вратами Рая».)

К началу строительства купола Гиберти был самым прославленным мастером во Флоренции и пользовался покровительством влиятельных вельмож. И вот Брунеллески, чей проект купола был безоговорочно принят попечителями, был вынужден работать бок о бок со своим невыносимо удачливым соперником. Впоследствии эта «дальновидная» мера аукнется закулисными интригами и кознями с обеих сторон.

В такой отнюдь не благостной обстановке и началось возведение «Куполоне» («куполища», или Большого купола). Это была колоссальная стройка, вокруг которой в течение последующих 16 лет вращалась жизнь всего города. Купол стал главной точкой отсчета в местной системе координат. Предсказывая какое-нибудь событие или давая обещание, горожане ставили предельный срок: «когда достроят купол». Его округлый силуэт, столь непохожий на готические изломы, поднимался высоко над городом. Так свободная Флорентийская республика бросала вызов тирании Милана. Так зарождающийся Ренессанс освобождался от пут Средневековья.

Первым делом предстояло решить чисто техническую проблему. Ни одно из известных в ту пору устройств не могло поднимать и перемещать неимоверно тяжёлые строительные материалы так высоко над землей. Тут Брунеллески превзошёл сам себя. Он изобрёл трёхскоростную лебёдку со сложной системой шестерёнок, шкивов, винтов и карданных валов, приводимую в движение парой быков, которые вращали деревянный рычаг. Груз поднимался на особо прочном канате длиной 183 метра и весом почти полтонны, изготовленном по заказу Брунеллески на судоверфях в Пизе. Революционной технологией стала система переключения привода, с помощью которой можно было переходить от подъема к спуску, не разворачивая быков.

Подъёмные механизмы Брунеллески настолько опередили свое время, что им не было равных до самой Промышленной революции, хотя они неизменно приводили в восторг все новые поколения художников и изобретателей. Среди пламенных поклонников был и Леонардо из Винчи - тосканского городка неподалёку от Флоренции, чьи записные книжки раскрывают нам секреты хитроумных устройств».

Том Мюллер, Купол Брунеллески, журнал «National Geographic»,  февраль 2014 г., с. 104-105.


«Четыре десятилетия собор простоял без «головы». Пока в 1409 г. Филиппо Брунеллески не предложил свой оригинальный проект. Тогда он всем показался  чистым безумием, и не было никого, кто смог бы предварительными расчётами  подтвердить или опровергнуть его состоятельность.

Мэрия разрешила Брунеллески начать строительство, но под строгим надзором и  контролем наблюдательной комиссии во главе со скульптором Гиберти. Тем  самым, который когда-то победил Брунеллески в конкурсе проектов на  изготовление бронзовых ворот для Баптистерия.

Очень скоро стало ясно, что даже в великой Флоренции, этом городе гениев,  кроме Брунеллески, не было человека, способного воплотить столь грандиозный  замысел. В самый ответственный момент строительства Филиппо сказался больным и на  вопросы встревоженной мэрии по поводу продолжения работ отвечал не без  иронии: «А зачем я вам нужен? У вас есть мой проект, у вас есть Гиберти с  его надзорной комиссией, вот пусть они и строят». Гиберти пришлось публично  признать, что, кроме самого автора, проект этот вряд ли кто реализует.  Брунеллески получил полную самостоятельность. Больше никто не диктовал ему  никаких условий до завершения работ.

Купол сразу признали шедевром. Спустя много лет папа Юлий II, закладывая  собор Святого Петра в Ватикане, попросит Микеланджело сделать для него купол  ещё больший, чем флорентийский, и услышит в ответ: купол Дуомо не то что  превзойти, его воспроизвести невозможно. Слова Микеланджело оказались  пророческими. Такой схемы для купола больше никто не применит, хотя в современной архитектуре идеи Брунеллески будут использованы при  строительстве небоскрёбов.

Заслуга  первого практического  осуществления  центральной  перспективы принадлежит архитектору Филиппе Брунеллески. Уже античные геометры, например Эвклид, основывали  оптику на предположении, что глаз  зрителя соединяется с наблюдаемым предметом оптическими лучами.

Открытие Брунеллески заключалось в том, что он пересёк эту оптическую пирамиду плоскостью изображения и получил на плоскости точную проекцию предмета.

Чтобы убедить флорентийцев в значении своего  изобретения,  Брунеллески  устроил  оригинальную  демонстрацию своей перспективной  теории.  Использовав   двери   Флорентийского   собора   как естественную раму,  Брунеллески  поставил  перед ними  проекцию  баптистерия (здания крещальни, расположенного перед собором), и эта проекция с известной точки  зрения  совпадала  с  силуэтом  изображенного  здания.

Флорентийское общество  с  восторгом  встретило  изобретение  Брунеллески,  для   молодого поколения  художников во  главе  с Донателло и Мазаччо точка схода, теория теней  и  прочие элементы перспективы  сделались  отныне самой жгучей, самой актуальной  проблемой. Первое  же систематическое изложение этой проблемы мы находим у  Л.Б.  Альберти в  «Трактате  о живописи». Параллельно  на  севере Европы  идёт интуитивная  разработка проблемы перспективы -  в  изображении интерьера, динамического и ассиметричного, у Конрада Вица, гармоничного - у Яна ван Эйка».

Виппер Б.Р., Введение в историческое изучение искусства, М., «Аст-пресс-книга», 2004 г., с. 231-233.

 

«Безусловно, в начале Ренессанса обращение множества юных флорентийцев к искусству было обусловлено тем, что на амбициозные проекты выделялось изрядное количество золотых флоринов. Брунеллески, принадлежавший к первой когорте художников раннего Возрождения, почти наверняка не сумел бы добиться столь выдающихся успехов, живи он хотя бы поколением ранее. Он происходил из солидной образованной семьи, в которой людей искусства считали презренными ремесленниками. Однако внезапный рост доходности и престижа этого ремесла дал Брунеллески и многим другим молодым, талантливым юношам из хороших семей возможность увидеть перед собой карьеру в области архитектуры, живописи или скульптуры.

Михай Чиксентмихайи,  Креативность. Поток. Психология открытий и изобретений, М., «Карьера Пресс», 2013 г., с. 394.

Новости
Случайная цитата
  • Проблемы творческих конкурсов картин и скульптур по Эжену Делакруа [продолжение]
    Начало » У Вас не будет недостатка в соискателях, готовых, я думаю, послушно принять все Ваши условия.Чего жаждет большинство из них? Присутствовать в списке участников и на несколько секунд привлечь к себе внимание. Кое для кого это уже известность, но Вы, возможно, ещё увидите, как за счёт художников, влюблённых в свое искусство и мало податливых, даже слишком неподатливых, редеет эта введенная в заблуждение толпа, рвущаяся на ристалище. На этом пустом поле, открытом для всех, среди душащего в...