Можайский Александр Фёдорович

1825 год
-
1890 год

Россия (СССР)

В 1876 году Александр Можайский начал работать над проектом давно задуманного им летательного аппарата тяжелее воздуха. Далее мнения историков расходятся: одни утверждают, что вовремя экспериментального полёта аппарат «чуть-чуть оторвался от земли», другие – что учитывая конструкцию аппарата, он физически не мог взлететь, например, как первый самолёт братьев  Райт

 

«Александр Фёдорович Можайский был человеком интересной судьбы - военный моряк, участник дальних морских походов, хороший рисовальщик, изобретатель, один из первопроходцев, внёсший несомненный вклад в становление новой области человеческой деятельности - воздухоплавания, создатель натурного образца своего самолёта. В конце военной карьеры капитан первого ранга, получивший по выходе в отставку звание генерал-майора, затем изменённое на контр-адмирала, он увлёкся проблемами полёта человека на аппарате тяжелее воздуха, создал различные действующие модели летательных аппаратов, сам поднимался в воздух на большом «летучем змее» собственной конструкции. Некоторые его идеи опередили своё время.

В почти вековой истории нашей авиации были два периода, когда «исторический полёт первого в мире самолёта А.Ф. Можайского» у нас в стране особенно активно муссировался и популяризировался. Первый из них относится к 1909 г. - началу 1910 г., когда успехи «аппаратов тяжелее воздуха» в Европе и за океаном постоянно привлекали внимание русской общественности. «Авиационные ожидания» в России подогревались и сенсационными сообщениями на газетных страницах о якобы увиденных в небе летательных аппаратах, хотя в России до этого времени еще не было совершено ни одного полёта на аэроплане.

В 1909 г. в журнале «Воздухоплаватель» появилась статья известного ученого полковника В.Ф. Найдёнова, где о полёте самолета Можайского написано следующее: «В 1884-5 гг. аэроплан был выстроен на военном поле в Красном Селе. При взлёте аэроплан накренился на бок и поломал поддерживающие поверхности, на этом и окончились опыты А.Ф. Можайского, тогда уже адмирала в отставке».

В начале XX века живых свидетелей «исторического полёта» при желании можно было найти, но их почему-то не оказалось. Даже сын изобретателя, А.А. Можайский, в ответ на многочисленные спекуляции в прессе, 22 ноября 1910 г. в письме в редакцию «Нового времени» отмечал: «...Сообщенные... сведения, относящиеся к трудам первого из этих пионеров, моего отца Александра Фёдоровича Можайского, во многом не соответствуют действительности». Кто как не сын изобретателя должен был знать истинное положение дел и результаты испытаний в воздухе. Тем не менее он писал, что «почти законченный аппарат был предложен Военно-инженерному ведомству. Это ведомство отказалось приобрести в собственность аппарат...». И ни слова о полётах..!

Вновь имя и мировой приоритет А.Ф. Можайского озвучили в нашей стране в 1947 г., когда в СССР широко отмечали 100-летие со дня рождения «отца русской авиации» Н.Е. Жуковского. Торжество совпало с началом развернувшейся в СССР жёсткой идеологической кампании по борьбе с космополитизмом, «преклонением перед иностранщиной», «восстановлением» приоритета русской науки и техники, позже известной под девизом «Россия - родина слонов». В те годы имя А.Ф. Можайского превратили в культовое. В журнале «Вестник Воздушного Флота» в 1947-1948 гг. из номера в номер появлялись заметки о жизни и деятельности авиаконструктора, тут же «выяснилось» и имя первого лётчика-испытателя - И.Н. Голубев, к тому же «пострадавший в аварии на
испытаниях». Авторами заметок являлись известные авиаспециалисты, в их числе даже заместитель А.Н. Туполева авиаконструктор А.А. Архангельский, а особым «усердием» отличались сотрудники политорганов Военно-воздушных сил (ВВС) подполковники Н.А. Черемных и И.Ф. Шипилов и другие конъюнктурно настроенные и недобросовестные «историки» науки и техники и дилетанты, считавшие себя историками. […]

 

Необходимое послесловие (от составителя сборника А.А. Дёмина). К сожалению, эпопея о «мировом приоритете самолёта А.Ф. Можайского» не завершилась вместе с концом сталинской эпохи. Более того, попытки «застолбить» этот «мировой приоритет» на Западе, как это ни удивительно, нашли там поддержку. Дошло даже до того, что всемирно известная «Книга Гиннесса об авиации» отдала Можайскому приоритет в «подлёте» пилотируемого аэроплана с мотором, который разгонялся до нужной скорости при скатывании с рампы. Упоминание о «подлёте с рампы», вероятно, вызвано тем, что, судя по документам, перед завершением постройки авиаконструктор измерял характеристики силовой установки во время движения по наклонным рельсам. Но вверх, а не вниз!

В преддверии 100-летия со времени завершения постройки Можайским своего аэроплана (июнь 1983 г.) в ЦАГИ проделали полномасштабное аэродинамическое исследование модели его самолёта. И несмотря на все возможные социально-политические потери в случае отказа от столь важного мирового приоритета, добросовестные и в немалой степени мужественные учёные честно признали: «Расчёты, основанные на результатах испытаний модели самолёта и моделей винтов в аэродинамических трубах, показывают невозможность установившегося горизонтального полёта самолёта Можайского из-за недостаточной тяги».

В разделе «Хроника» изданной в 1983 г. книги «попытка лётных испытаний самолёта А.Ф. Можайского» отнесена к июлю 1885 г. И даже в тот период это издание не допустили (!) до широкого читателя, книгу издали тиражом всего 1050 экз., это мизер для многочисленных любителей авиации той поры.

В 1985 г. наступила «эпоха перестройки и гласности», и на борьбу за установление истины в «деле Можайского» первым бросился не кто иной, как Черемных. В конце года он написал письмо М.С. Горбачёву, выдержанное в духе и риторике сталинской эпохи.

Дошло ли его обращение до «нового поколения руководителей партии», неизвестно. Но не исключено, что своеобразной реакцией на письмо Черемных стал выход в свет массовым тиражом 50 тыс. экз. в 1988 г. нового издания книги «Авиация в России». В разделе «Хроника» попытку «лётных испытаний самолёта А.Ф. Можайского» в июле 1885 г. дополнили: «... При разбеге по земле он накренился набок и поломал «поддерживающие поверхности...».

Впоследствии редактор-составитель этого издания В.Н. Бычков, в те годы директор Музея Н.Е. Жуковского, неоднократно вспоминал, что Главный редактор академик АН СССР Г.С. Бюшгенс запретил ему использовать в «Хронике» термины «полёт» и даже «взлёт».

Но и это не остановило апологетов «социалистического реализма» в истории техники. До сих пор в редакции различных научно-популярных авиационных журналов продолжают приходить письма, в основном, от ветеранов, особенно с большими звездами на погонах, с предложением «наконец разобраться» с А.Ф. Можайским, «популяризировать мировой приоритет» и т.п., а также статьи на эту тему, написанные в духе «Черемных - Шипилова». Полёт «самолёта Можайского» продолжается!

Да и экскурсоводы в музее в Красном Селе, рассказывая об изобретении самолёта, обычно выводят посетителей на большой луг и, топнув ногой по кочке, объявляют, что «с этого места» ушёл «в первый в мире полёт самолёт великого русского изобретателя».

Лишь совсем недавно вышла в свет новая книга о жизни и нелегком творческом пути А.Ф. Можайского. В ней едва ли не впервые приведены документы опроса реальных, а не выдуманных очевидцев, своими словами полностью подтверждающих результаты историко-технического моделирования в ЦАГИ.

Без сомнения, Александр Фёдорович Можайский остался в истории одним из первых в мире авиаконструктором, построившим аэроплан со всеми основными частями, присущими современному самолёту (фюзеляж, шасси, хвостовое оперение, тянущие винты и т.д., кроме управления по крену, без чего самолёт в принципе летать не мог) и первым в мире, попытавшимся испытать его в полёте, хотя это ему не удалось. Можно уверенно полагать, что его аэроплан стал первым в мире построенным самолётом, доведённым до лётных испытаний, а июнь 1883 г. следует считать важной вехой в истории отечественного авиастроения... Но дня рождения мировой авиации пришлось ждать более четверти века, пока 17 декабря 1903 г. не взлетел «Флайер» братьев Райт».

Кривоносов Ю., Партийное «дело» о портрете и приоритете: как власти предержащие заставляли «летать» самолет А.Ф. Можайского, в Сб.: Легенды и мифы отечественной авиации, Выпуск 1, М., Русские витязи», 2009 г., с. 7-8 и 30-31.

 

 

«… вполне официально утверждалось, будто первый полетевший аппарат тяжелее воздуха был создан русским изобретателем А.Ф. Можайским. Лишь позднее было доказано, что самолёт Можайского не только не летал, но просто не мог летать - для этого нужны были двигатели, в несколько раз более мощные, чем имевшиеся в то время в распоряжении конструктора. Апологеты «первого в мире летавшего самолёта» по существу оказали А.Ф. Можайскому дурную услугу. Споры на тему «летал - не летал» заслонили бесспорные немалые заслуги изобретателя: он предложил общую схему самолёта - фюзеляж, крылья, шасси, хвостовое оперение, - практически безраздельно господствующую в авиастроении по сей день, он построил первый самолёт в натуральную величину - честное слово, немало, чтобы обессмертить своё имя! А «приписки» только мешали признать его истинные заслуги.
Я привёл в качестве примера историю самолёта Можайского, но подобных было полно едва ли не в любой отрасли науки и техники».

Галлай М.С., Небо, которое объединяет, СПб, «Блиц», 1997 г., с. 188-189.

Новости
Случайная цитата
  • Стихотворение Валентина Гафта: Пророк
    Я видел на коре лицо пророка.  Сверкнула молния, и началась гроза,  Сквозь дождь смотрели на меня глаза,  И тарахтела наверху сорока. Вдруг занавес ветвей лицо его закрыл,  Горячим лбом я дерева коснулся,  И он шепнул мне:  «Думаешь, ты жил?  Ты плохо спал и, наконец, проснулся». Гафт В.И., Сад забытых воспоминаний, М., «Зебра Е», 2006 г., с.181.