Маркиза де Помпадур

1721 год
-
1764 год

Франция

«Помпадур, Вы украшаете своей особой двор,
Парнасс и остров Гетер!»

Вольтер.

 

 

Фаворитка короля Франции Людовика XV. Её любовная связь с королём продолжалась не более пяти лет, но её влияние на двор, политику, моду и искусство простиралось фактически до самой смерти маркизы от туберкулёза.

Имя при рождении - Жанна-Антуанетта Пуассон; отличалась живым умом и получила хорошее образование, любила читать, легко музицировала, рисовала, обладала чистым голосом и умением декламировать.

1741 году Жанна-Антуанетта Пуассон вышла замуж, говоря, что никогда не оставит мужа, разве только ради самого короля…

 

«На свой брак она смотрела, как на неизбежный этап своей жизни. […] Выйдя замуж, Жанна, несмотря на свой юный возраст, сумела собрать вокруг себя интересных людей. В замке Этиоль, где она поселилась, у неё бывало много писателей, художников, учёных - среди них были такие крупные имена, как аббат Берни, Вольтер, Фонтенель. Через них она познакомилась с искусством, литературой, политикой».

Рындина Л., Жрицы любви, М., «Дикоп», 1990 г., с.14.

 

После замужества Жанна-Антуанетта Пуассон намеренно неоднократно попадалсь на глаза Людовику XV.

Король часто писал ей письма, обычно заканчивавшиеся словами «Любящий и преданный», и в одном из писем обратился как к Маркизе де Помпадур – этот титул, который он даровал ей своим указом.


Важно, что из всех любовниц Людовика XV только маркиза де Помпадур обладала способностью развеять его скуку...

 

В Париже она завела салон. «Два раза в неделю у неё в салоне собирались художники, писатели, философы, - Бушардон, Бушэ, Латур, Верна, архитектор Габриэль, Вольтер... Возникали интересные темы разговоров, горячие споры. Маркиза принимала в этом большое участие, невольно стал принимать в этом участие и король.

Во дворце Шуази, по мысли маркизы, возникает театр, под названием «Театр Малых Покоев», интимный, изысканный театр для сорока человек зрителей. […] Входным билетом была небольшая карточка, на которой была нарисована кокетливая Коломбина, около неё влюблённый Леандр, из-за занавески выглядывал обманутый Пьеро. Публику составляла почти всегда королевская семья во главе с Людовиком XV, родные и близкие маркизы. Сидя на простом стуле, король мог без утомительного для себя этикета смотреть представление».

Рындина Л., Жрицы любви, М., «Дикоп», 1990 г., с. 18.

 

Сама маркиза стала жила в Версале. В комнате маркизы де Помпадур, где она принимала посетителей, было только одно кресло - все должны были стоять в присутствии сидящей фаворитки.

 

Маркиза де Помпадур старалась окружить себя поэтами, учёными и философами. Вне конкуренции среди них был Вольтер, старый друг маркизы. Помпадур оказывала ему явное предпочтение, сделала его академиком, главным историком Франции и главным камергером.

Её друзьями были: Бюффон, Монтескьё, д’Аламбер  (для него она выхлопотала пенсию) и Дидро, а также скульптор Фальконе - автор Медного всадника в Санкт-Петербурге.

 

«Король не должен скучать, - вот цель маркизы. Поэтому во время постов, когда запрещены разные увеселения, она устраивает во дворце духовные концерты, где поёт и сама. Когда она чувствует, что королю уже надоедают развлечения, она увлекает его в путешествия. Он посещает незнакомые для себя города своего королевства, принимает приветствия от своих подданных, никогда ещё не видавших его раньше.

Рындина Л., Жрицы любви, М., «Дикоп», 1990 г., с.19.

 

Помпадур поспособствовала открытию военной школы для сыновей ветеранов войны и обедневших дворян. Когда заканчивались отпущенные на строительство деньги, маркиза внесла недостающую сумму. В октябре 1781 года в эту школу прибыл для обучения студент Наполеон Бонапарт

 

«При дворе своем маркиза вводит строгий этикет. В её приёмном покое только одно кресло для неё, все приходящие должны стоять. Под предлогом частого нездоровья, она не вставала даже при принцах крови. В театре она сидела в королевской ложе, в капелле Версаля для неё было выстроено особое возвышение. Штат её дома состоял из шестидесяти человек. Её выездной лакей был из обедневшего, но старинного дворянского рода. В своём величии маркизе хотелось как бы вычеркнуть своё скромное происхождение. Своего отца, господина Пуассон, маркиза превращает в пэра Франции, владельца поместья де-Мареньи, своего брата - в маркиза де-Ведриер, впоследствии маркиза де-Мареньи. Она покупает у фамилии Креки их склеп в церкви Капуцинов на площади Вандом и переносит туда тело своей матери».

Рындина Л., Жрицы любви, М., «Дикоп», 1990 г., с. 20.

 

«Маркиза вела огромную переписку со многими замечательными людьми. «Мне ещё нужно написать около двадцати писем» - говорит она, прощаясь вечером со своим отцом.

Маркиза любила книги, и её колоссальная библиотека служила ей не только для вида. Там были книги по истории, гражданскому праву, политической экономии, философии,- в них она черпала знания для той роли, какую она хотела занимать во Франции. И действительно, если маркиза не всегда была компетентна в каком-либо вопросе, она всегда знала достаточно, чтобы не казаться в нём невеждой... Кроме того, у неё было великолепное собрание книг по театру и вообще по искусствам.  Но больше всего у маркизы было книг о любви […]

Французские гобелены давно победили восточные ковры, французский хрусталь был также прекрасен, как венецианский, но французский фарфор не мог соперничать с саксонским и китайским. Маркиза, любившая его и понимавшая в нём толк, задалась целью создать французский фарфор, который был бы лучше саксонского. В 1756 году государственный фарфоровый завод, бывший в Венсене, переводят в Севр. Здесь строят великолепные здания для художников и работников завода. Здания окружены прекрасными садами, где бьют фонтаны и насажены очаровательные боскеты. Вдали виден густой лес, где живущие на заводе могут охотиться. Под началом мастера, обладающего секретом изготовления хорошей фарфоровой массы и её окраски, работает пятьсот человек, из которых шестьдесят - опытные художники. Маркиза избрала Севр местом своих обычных прогулок. Она ободряет художников, даёт им советы, помогает в выборе красок и форм. Прекрасный розовый цвет, изобретённый при ней, назван её именем «Rose Pompadour». Очень быстро произведения Севра достигают необычайной высоты, и им не страшны сравнения с саксонским и китайским фарфором.

Для распространения севрских изделий маркиза устраивает их выставку в Версале, где сама их продает. Торгуя, она расхваливает их так убедительно, что трудно у неё не купить.

Рындина Л., Жрицы любви, М., «Дикоп», 1990 г., с. 21-22.

 

Она же ввела в Версале обычай мыться - до этого запахи тела заглушались духами...

 

Маркиза де Помпадур заказала или сделала сама ряд женских изобретений: высокую причёску с валиком; обстановку в квартирах «à la Reine»; огранку «маркиз» бриллиантов; узкие бокалы-тюльпаны для шампанского, женскую сумочку «ридикюль» из кожи; высокие каблуки и т.д.

 

Потеряв сексуальную привлекательность она создаёт в Париже «...Олений Парк», нечто вроде маленького гарема для короля, где одновременно было не больше двух девушек. Кто их возлюбленный, девушки не знали. Им намекали, что это польский принц, родственник королевы. Скромные, необразованные девушки были не страшны маркизе. «Мне нужно его сердце», - говорила она о короле. Когда какая-нибудь из девушек беременела, её увозили оттуда, ребёнка обеспечивали, а мать с небольшим приданым выдавали замуж в провинцию».

Рындина Л., Жрицы любви, М., «Дикоп», 1990 г., с. 25.

 

«Вообще маркизе ни одна из затей не кажется чересчур дорогой, и она, не задумываясь, покупает всё, что ей хотелось бы видеть своим. Но, несмотря на то, что эти покупки стоили Франции очень дорого, их общей суммы нельзя сравнить с другой цифрой. Дороже всего стоила Франции вся плеяда архитекторов, художников, скульпторов и садовников, которых маркиза возила за собой в каждое свое владение, где они переделывали от начала до конца всё по её вкусу. Это стоило государству тридцать миллионов ливров. Маркиза не ограничивалась перестройкой своих дворцов и домов, которые она занимала. Она также переделывала все дворцы короля, в которых он её принимал. В этом, как и во всём, маркиза старалась найти развлечение для скучающего короля. Ей хотелось, чтобы ни один из его дворцов не был похож на другой и был ему по-новому интересен».

Рындина Л., Жрицы любви, М., «Дикоп», 1990 г., с. 24.

 

 

Историк Анри Матрен назвал Помпадур «первой женщиной премьер-министром».

Маркиза де Помрадур называла своим учителем Вольтера и издавала его труды.

Новости
Случайная цитата
  • Концепция научно-исследовательских программ по Имре Лакатосу
    Имре Лакатос одним из первых в качестве объекта изучения выбрал не отдельную научную теорию, а их последовательность, серию: Т-1, Т-2, Т-3…«Согласно моей методологической концепции, исследовательские программы являются величайшими научными достижениями и их можно оценивать на основе прогрессивного или регрессивного сдвига проблем; при этом научные революции состоят в том, что одна исследовательская программа (прогрессивно) вытесняет другую. Эта методологическая концепция предлагает новый способ...