Мамонтов Савва Иванович

1841 год
-
1918 год

Россия (СССР)

Русский промышленник и меценат, выросший в купеческой семье.

В юности брал уроки пения. Увлекался также музыкой, живописью, скульптурой.

1873 году Савва Мамонтов организовал в своём имении Абрамцево (бывшая усадьба писателя  С.Т. Аксакова) под Москвой мастерские живописи, керамики, резьбы по дереву. Кроме того,  в Абрамцево, особенно летом, подолгу жили и работали художники: М.М. Антокольский, В.М. Васнецов, М.А. Врубель, К. А. Коровин, И.Е. Репин, М.В. Нестеров, В.А. Серов, В.Д. Поленов и  музыканты (например, Ф.И. Шаляпин).


Савва Мамонтов неоднократно финансировал деятельность художников и музыкантов:  В.М. Васнецова, М.М. Ипполитова-Иванова, К.А. Коровина, И.И. Левитана, С.В. Рахманинова,  Ф.И. Шаляпина.


В 1885 году Савва Мамонтов основал на свои средства Московскую частную русскую оперу, которая просуществовала до его разорения в 1904 году.


«Мамонтов живо подхватил инициативу группы молодых талантливых певцов, объединившихся в оперный коллектив; он дал огромные средства на содержание нового оперного театра. Так начала свою жизнь мамонтовская Московская частная опера. Она выгодно отличалась от Императорского оперного театра, в котором в те времена царила затхлая атмосфера, в своё время так резко осужденная П.И. Чайковским:
«... стадо овец - вместо хора, - писал он, - махальные машины - вместо   капельмейстеров, бессмысленность постановки, бездарность режиссёров и система держать инвалидов, не давая хода молодёжи».
К этому следует добавить ещё пренебрежительное отношение театральной дирекции к творчеству русских композиторов, зависимость от «высочайших» цензоров и холодный аристократический дух, господствовавший на спектаклях. Совсем иную картину представляла собой Московская частная опера. Талантливая артистическая молодежь, новый репертуар, в котором явно преобладали произведения русских композиторов, публика, состоявшая из подлинных энтузиастов, приходивших в оперу не туалетами блистать, а по-настоящему наслаждаться музыкой, - вот что было характерным для этого оперного театра.
Правда, не всегда было безупречно и в мамонтовском театре.
Самому Мамонтову присущи были некоторые элементы самодурства, характерные для русского купечества. Роли подчас распределялись отнюдь не из художественных соображений, а в угоду личным симпатиям «хозяина» театра. Иногда он сам брался за режиссёрскую работу, а так как был он в искусстве только любителем, дилетантом, ничего хорошего из этого не получалось. Однако то положительное, что принёс с собой в оперное искусство мамонтовский театр, бесспорно, перевешивало его недостатки.
На мамонтовской сцене начал свой славный актерский путь знаменитый Фёдор Иванович Шаляпин и многие другие выдающиеся деятели оперной сцены».

Рацкая Ц.С., Н.А. Римский-Корсаков, М., «Музыка», 1977 г., с. 85-86.

 

 С 1898 года Савва Мамонтов, совместно с княгиней М.К. Тенишевой, финансировал журнал «Мир  искусства».

 «… сам Мамонтов признавался в собственной «необычности» в письме К.С. Станиславскому: «Мы с тобой в глазах большинства людей нашего круга какие-то чудаки, даже, может быть, поврежденные люди. Но в этом повреждении нашем есть то святое, благородное и чистое, что спасает общество от оскотения, призывает его к идеалу. Искусство во все века имеет неотразимое влияние на человека, а в наше время, как я думаю, в силу шаткости других областей человеческого духа, оно заблестит ещё ярче. Кто знает, может быть, театру суждено заменить проповедь?»

Дмитриевский В.Н., Шаляпин, М., «Молодая гвардия», 2014 г., с. 95.

 

«Своих завистников у Мамонтова тоже было множество. Не нравилось, как живет, с кем дружит. Да ещё этот театр! Сам певун! Пьески сочиняет, лепит из глины знакомых. Не деловой, пустой человек!»

Бахревский В.А., Савва Мамонтов, М., «Молодая гвардия», 2000 г., с. 379.


В книге «Моя жизнь в искусстве» К.С. Станиславский писал: «Это он, Мамонтов, провел железную дорогу на север, в Архангельск и Мурман для выхода к океану, и на юг, к Донецким угольным копям, для соединения их с угольным центром, хотя в то время, когда он начинал это важное культурное дело, над ним смеялись и называли его авантюристом и аферистом. И это же он, Мамонтов, меценатствуя в области оперы и давая артистам ценные указания по вопросам грима, костюма, жеста, даже пения, вообще по вопросам создания сценического образа, дал могучий толчок культуре русского оперного дела: выдвинул Шаляпина, сделал его, забракованного многими знатоками, при посредстве Мусоргского популярным».

Дмитриевский В.Н., Шаляпин, М., «Молодая гвардия», 2014 г., с. 108.

 

 

«Сам Савва Иванович был просвещённым и одаренным человеком. Он хорошо пел, причём обучался этому в Италии. Играл на рояле. Писал стихи и пьесы. Рисовал. Был талантливым скульптором. Играл на сцене и удачно режиссировал. Всё это он делал талантливо, ярко, хотя часто и по-дилетантски. Но, помимо всего, он был широким, доброжелательным человеком, и к нему, словно железо к магниту, тянуло людей. Доброжелательной была и жена его, Елизавета Григорьевна, человек гораздо более строгий и сдержанный, но не менее добрый и сердечный, чем Савва Иванович. Семья Мамонтовых, как и несколько других богатых московских семей, с полным правом может быть причислена к крупным просвещённым меценатам, широко покровительствовавшим людям искусства. Будучи сам ярким и талантливым человеком, Савва Иванович стремился, что совершенно естественно для творческой натуры, во что бы то ни стало выразить себя. Где бы он ни появлялся, он всюду вносил с собою шум, веселье, какие-то новые проекты, какие-то замыслы, не всегда реализовавшиеся, но зато всегда оживлявшие окружающих. Он обладал удивительной способностью распознавать истинные таланты. Диапазон его интересов был очень широк, таланты он искал и находил и в среде художников и в среде певцов, музыкантов, актёров, архитекторов. Он всегда готов был поддержать интересного скульптора или способную начинающую балерину. Он «открыл» Шаляпина, он распахнул двери своего оперного театра перед Римским-Корсаковым и Рахманиновым, он много лет был опорой и советчиком молодых начинающих Коровина, Левитана, Серова, Врубеля, Нестерова, Остроухова. Он покровительствовал развивавшемуся в конце XIX века национальному движению в русском искусстве и самоопределению в нём многих художников. Он одинаково щедро протягивал руку помощи и Васнецову, Поленову, Репину, Антокольскому, Невреву, уже занявшим своё место в живописи, и молодым, едва вступающим в жизнь талантам.

Такого увлекающегося, такого радующегося чужим достижениям человека история русского искусства, пожалуй, и не знала ещё.

И всё же в наследство от него осталось гораздо меньше, чем он мог бы оставить, будь он несколько более рационалистичен и умей он меньше разбрасываться.

Ему хотелось охватить всё: и театр, и музыку, и живопись, и скульптуру, быть в курсе всех дел, организовывать мастерские, выставки, знакомить Европу с русским искусством, обучать певцов, украшать московские здания художественной керамикой, открывать театры, отыскивать даровитых людей, создавать кустарные музеи. Но одному человеку, даже такому энергичному, это не под силу».

Смирнова-Ракитина В.А., Валентин Серов, М., «Молодая гвардия», 1961 г., с. 71.

Новости
Случайная цитата
  • Способность и неспособность самостоятельно ставить цели по Филиппу Лершу
    «От способности к принятию решений следует отличать самостоятельность при постановке целей, хотя оба эти признака личного типа воли взаимосвязаны, так что люди, неспособные принимать решения, часто представляют другим ставить перед ними цели, чтобы таким образом избежать дилеммы выбора. Однако эти качества не тождественны. При нерешительности речь идёт о неспособности сделать выбор между возможными целями и взять на себя ответственность за это решение, а о недостаточной самостоятельности п...