Понтрягин Лев Семенович

1908 год
-
1988 год

Россия (СССР)

Русский математик, занимавшийся вопросами топологии, теории оптимальных процессов, дифференциальным уравнениям.

В 14 лет потерял зрение от взорвавшегося примуса, но смог успешно окончить физико-математический факультет МГУ.

«Оканчивая среднюю школу в 1925 году, я уже блестяще владел школьным курсом математики, чего нельзя сказать о других предметах. Так, например, я совершенно не знал русской грамматики и не умел грамотно писать. Впрочем, мне писать и не приходилось. Когда я начал писать после первого курса университета, приобретя пишущую машинку, моя безграмотность выявилась полностью. Как я знал другие предметы, сейчас не помню. По-видимому, я довольно прилично знал химию и физику, а также литературу, историю. Иностранные языки я практически совсем не знал. Немножко знал только немецкий, который у нас в школе преподавался, но очень мало. Мои познания по математике в то время существенно выходили за пределы школьной программы. Думаю, что я знал математику в объёме технического вуза. Знал основы аналитической геометрии, дифференциальное и интегральное исчисление и немножко дифференциальные уравнения, но без всяких уклонов в сторону теории функций действительного переменного и теории множеств. Я не только не знал теории пределов, но даже не подозревал о её существовании. Вопрос непрерывности функций также меня совершенно не занимал. Если бы меня кто-нибудь спросил о том, что такое действительное число, я отнесся бы к этому вопросу с недоумением, так как этот вопрос мне казался совершенно ясным. Знания по высшей математике я приобрёл самостоятельно, читая случайно попадавшиеся мне популярные книжечки, учебники, а также отдельные статьи…»

Понтрягин Л.С., Жизнеописание Льва Семёновича Понтрягина, математика, составленное им самим, рождения 1908, г. Москва, М., «Комкнига», 2006 г., с. 41.

 

«Можно сказать, что моя профессиональная работа сложилась счастливо. Я никогда не стоял перед пустотой - что же делать дальше. Всегда было что-то, что нужно было делать».

Понтрягин Л.С., Жизнеописание Льва Семёновича Понтрягина, математика, составленное им самим, рождения 1908, г. Москва, М., «Комкнига», 2006 г., с. 173.

 

Научный руководитель в университете: П.С. Александров.

Ученики-математики: Д.В. Аносов, В.Г. Болтянский, Р.В. Гамкрелидзе, М.И. Зеликин, Е.Ф. Мищенко, М.М. Постников, Н.Х. Розов и В.А. Рохлин.

 

«- Понятно, что есть какие-то научные идеи, которые передаются от учителя к ученику, но не менее важны и человеческие качества. Что Вам нравилось у Понтрягина?
Д.В. Аносов: Сдержанность. К примеру, есть учёные, которые публикуют огромное количество статей. Тот же академик Колмогоров. Личность в науке, безусловно, яркая и известная. Он опубликовал более 500 работ. Но лишь десяток-другой определили его вклад в математику, ну ещё можно добавить десятка три статей, которые уточняли и развивали основные идеи. А остальные публикации от несдержанности. Нет, это были вполне достойные статьи, не халтура, но они мало что добавляли к уровню учёного. Понтрягин был требователен, а следовательно, сдержан. И этому я у него учился».

Губарев В.С., Академик Дмитрий Аносов: «Погаснет ли костёр надежды?» (интервью) / Мечта о Вселенной, М., ИКЦ «Академический», 2002 г., с. 360.

 

«Математика имеет удивительное свойство высасывать всего человека, забирать все силы. Для занятий ею не нужны ни сложные лаборатории, ни экспедиции, всё зависит от самого человека. К тому же, оперируя очень абстрактными понятиями, она не требует жизненного опыта, в принципе математическое творчество доступно и подростку.
Благодаря этому создаётся необычный накал чувств, захватывающий человека целиком, порой с очень раннего возраста. Накал бывает столь велик, что не оставляет сил на другие стороны жизни - причём как раз у наиболее выдающихся математиков. Целиком отдавая себя науке, они жертвуют многим, в том числе бледнеют и некоторые аспекты их личности.
И здесь, как во многих других отношениях, Л.С. Понтрягин был исключением: его поразительно яркая индивидуальность не только бросалась в глаза, но мощно влияла на всю жизнь математического сообщества и далеко за его пределами. Психологический импульс, который двигал им, Лев Семёнович не раз описывал мне. «Я всю жизнь боялся», - не раз говорил Лев Семёнович, и, зная его, я принимал это за шутку или даже кокетство. Пока не обратил внимание на то, чего же он боялся.
Он действительно всегда опасался неудачи своего дела. Того, что начатое математическое исследование не удастся и затраченные громадные усилия пропадут даром, что напечатанная работа окажется неверной, что важное начинание натолкнётся на противодействие...
И этот страх заставлял его напрочь забывать о том, чего боятся «обычные» люди: переутомления, испорченных отношений, неудовольствия начальства, притеснений. Именно этим бесстрашием прославился Лев Семёнович сначала среди математиков, а потом и гораздо шире. […]
Мне запомнился один телефонный разговор. Собеседник отказался сделать то, на чём настаивал Лев Семёнович, дескать, это невозможно. «Так сделайте невозможное!» - воскликнул Понтрягин.
Тогда мне показалось - «красное словцо», риторический оборот. Но позже я понял, что он просто говорил о подходе к жизни, который для него-то был обычным!
Лев Семёнович всё время делал то, что другие сочли бы невозможным. Борьба со страшным несчастьем, которое в молодости на него обрушилось, возможно, как раз выковала его характер.
Понтрягин нашёл свой путь - он отказался признать это несчастье, объявил ему войну и победил.
Он никогда не пользовался приспособлениями для слепых - книгами с особым шрифтом, например. Лекции в университете он не записывал, а всё запоминал и потом ночами, лежа в постели, курил и продумывал их. Он предпочитал ходить один, без помощи других, часто падал, ушибался, у него постоянно были рубцы и ссадины. И, что самое трудное, он сумел полностью избежать психологии в чём-то неполноценного человека.

Никто о нём никогда не думал как о слепом. На это указывал и такой тонкий барометр, как его отношение к женщинам и их отношение к нему.
Почему Лев Семёнович успел сделать так много? Я думаю, потому, что никогда не спрашивал себя, хватит ли у него сил на какое-либо дело. Брался за дело, а силы находились сами. Он постоянно перешагивал через границы возможного».

Шафаревич И.Р.,  Так сделайте невозможное! (К 80-летию Л.С. Понтрягина) – послесловие в книге: Понтрягин Л.С., Жизнеописание Льва Семёновича Понтрягина, математика, составленное им самим, рождения 1908, г. Москва, М., «Комкнига», 2006 г., с.292 и 296.

Новости
Случайная цитата
  • Обещаниями и воровством инноваций не создашь…
    1964 год, писательница Айн Рэнд написала: «Сегодня Советская Россия по-прежнему не может накормить свой народ, в то время как её руководители пытаются скопировать, одолжить или стащить технологические достижения Запада. Индустриализация - это не статичная цель, это динамичный процесс, сопровождающийся высокими темпами устаревания. Несчастные слуги плановой племенной экономики, раньше голодавшие в ожидании электрогенераторов и тракторов, сейчас голодают в ожидании атомной энергии и межпланетных п...