Башляр Гастон

1884 год
-
1962 год

Франция

Французский философ, занимался философскими основами естественных наук. 

«Источник беспокойства в науке, по Башляру, вовсе не конфликт старой теории с новыми фактами, т. е. не столкновение ученого с трудностями, которые, так сказать, приходят извне. В определённом смысле каждая принятая теория, «картина мира» имеет собственную эмпирию: фактов, которые она не ищет и не желает создать, для нее просто не существует. Источник научных новаций - в свойственном гению ощущении «несовершенности» существующих теорий и методов. Не случайно же новации имеют место не только в опытных науках, но и в математике. (Заметим, что Эйнштейн также считал, что именно математике принадлежит творческое начало физического исследования!) «Когда математика ставят проблему оснований, то это результат самокритической активности, скажем лучше, самокритицизма». Поэтому не эксперимент - последняя инстанция, которая ставит проблему; утверждая нечто подобное, мы возвратились бы к пройденному этапу в методологии науки, когда теория и эксперимент противопоставлялись друг другу. Ньютонианец А. Майкельсон до последних своих дней надеялся обнаружить мировой эфир, и негативный результат очередной попытки не стал для него толчком к созданию новой теории». 

Зотов А.Ф., Концепция науки и её развития в философии Г. Башляра, в Сб.:  В поисках теории развития науки (Очерки западноевропейских и американских концепций XX века), М., «Наука», 1982 г., с. 113.

 

На его произведения оказали влияние идеи Анри Бергсона и  «принципа дополнительности» Нильса Бора.

 

Новости
Случайная цитата
  • Эволюция типов людей по Джамбаттисте Вико
    «Природа народов сначала жестока, потом сурова, затем мягка, после утончена, наконец, распущена. В роде человеческом сначала рождаются неуклюжие великаны, как Полифемы; потом - великодушные и гордые, как Ахиллы; затем - доблестные и справедливые, как Аристиды, как Сципионы Африканские; ещё ближе к нам появляются великие образцы доблестей, сопровождаемых великими пороками, пользующиеся у толпы шумной славой, как Александры и Цезари; потом рассудочные злодеи, как Тиберий; наконец - неистовые и раз...