Россия (СССР)
Скрипач. Родился в Латвии в семье скрипачей.
Гидон Кремер с 4-х лет начал играть на скрипке под руководством отца и деда.
«Это был террор, - террор принуждения к работе, к порядку, к достижению некоего идеала, к завоеванию успеха. И всё же, - может быть, благодаря той же одарённости, - мне в конце концов удалось найти собственный характер, понять и развить его. При этом большое значение имели щедрое сердце матери, душевная привязанность ко мне отца (при всей его строгости), любовь бабушки и уникальность дедушки как личности. Часто я замыкался в молчаньи, но неизменно возвышал голос, если чувствовал, что обязан отстаивать свои интересы, будь то баскетбол, скрипичный репертуар, кино, выбор друга или подруги. Я упрямо отказывался быть лишь тем, что от меня ожидали. Со временем мне удалось наперекор всем - дому, школе, стране - обрести собственный голос, - он был не таким, какого от меня ждали, но - собственный. Надо сказать, упорство, необходимое для выживания «я», было своего рода подарком. Многие дети гибли и теперь ещё погибают, потому что они подчиняются ожиданиям родителей, учителей, менеджеров, критиков. Недостаток фантазии, самостоятельности и воли, сложность жизненной борьбы часто ведут к подражательности, скованности, подчинению всякого рода предрассудкам. Так как многим не хватает творческой силы или они, что ещё хуже, усваивают и распространяют на других насилие, жертвой которого были сами, - они, едва оказавшись у власти, навязывают ученикам, публике, собратьям некий средний уровень исполнительства и соответствующие моральные принципы (вспомним о членах жюри ряда конкурсов)».
Гидон Кремер, Обертоны, М., «Аграф», 2001 г., с. 312.
Далее Гидон занимался в Московской консерватории под наставничеством Д.Ф. Ойстраха.
«Сколько музыкантов перебывало там, в Восьмом классе Московской консерватории, в нашей мастерской. Иногда казалось - здесь центр скрипичного мироздания. Как робко переступал порог новичок - и как быстро он сам растворялся в этой неотразимой атмосфере. И это было заслугой единственно и только Давида Фёдоровича. Для него был важен каждый. Понимали ли мы сами, к кому мы приходим за советом и помощью? Скорее всего нет. Мы просто чувствовали: вот тот, кто всегда сможет помочь. И он помогал - никогда не отделываясь поверхностными указаниями, всегда мудро, без высокомерия и резкости. Тем убедительнее звучали его оценки: «Так сегодня уже нельзя играть, так играли тридцать лет назад», или трезвое: «Ты просто мало работаешь!»
Какое величие было в другой фразе, которую мы не раз слышали от него: «Я бы так никогда не сделал, но это твой собственный путь, к тому же ты так часто оказываешься прав».
Гидон Кремер, Обертоны, М., «Аграф», 2001 г., с. 255-256.
Позже Гидон Кремер выиграл несколько музыкальных конкурсов.
В 1980 году он переехал в Германию.
О раздражающих факторах, незаметных обывателю, но действующих на скрипача:
«- Скрипящий пол. Где именно?
- Софит ослепляюще светит в глаза. Во время репетиции он был где-то в другом месте.
- Стул партнёра, регулярно издающий скрежет. Неужели публика ничего не слышит?
- Шум за сценой. Почему никто не следит за порядком!
- Проезжающие поезда, метро, трамваи. Что было построено раньше - Карнеги-Холл или громыхающая под ним линия экспресса JFK-57 Street? Исключение? Скорее, правило. Скорая помощь, пожарные машины (и не только в Нью-Йорке) сопровождают мир музыки. Не забыть многоэтажные автостоянки около залов и студий звукозаписи. Правда, кого это, кроме музыкантов, волнует.
- Оператор телекамеры, он мельтешит перед глазами в поисках особо выигрышного кадра и не всегда заботится о том, чтобы избежать прямого физического соприкосновения с исполнителем. У изобретателей объективов и объективами управляющих - свои приоритеты. Их техника обладает невероятной остротой зрения. К сожалению, не слухом.
Продолжим «список»:
- Слишком высокий или слишком низкий нотный пульт, родной брат слишком высокой или слишком низкой табуретки пианиста.
- Перелистыватели нот, которые регулярно переворачивают страницы партитуры раньше или позже положенного. Сколько раз говорилось устроителям: нужен кто-то, кто умеет читать ноты!
- Очаровательные детишки, посаженные заботливыми родителями в первый ряд и неутомимо отбивающие ножками какой-то алеаторический такт.
- Запоздавшие слушатели, медленно отходящие от стресса. А также те, которым во время последних аккордов важнее всего без очереди получить пальто в гардеробе.
Нет, поистине: сцена - одно из неуютнейших мест на свете. Кто не верит мне на слово, пусть проверит на практике».
Гидон Кремер, Обертоны, М., «Аграф», 2001 г., с.121-122.
«Менухин был моим современником и значил для меня ещё больше. Что же меня в нём так привлекало? Думаю, в первую очередь - образ артиста, настойчиво соединяющего музыку и этику. Восхищало и то, что Менухин часто действовал вопреки общепринятому настрою. Например, он первым из выдающихся музыкантов вернулся с концертами в постнацистскую Германию, в то время как другие артисты (Исаак Стерн, Артур Рубинштейн) зареклись там выступать, а позднее (наперекор мнению большинства израильтян) он не гнушался высказываться за самоопределение палестинцев. Наблюдая за ним, я учился следовать своим убеждениям и считал это принципиально важным».
Гидон Кремер, Инородный артист: воспоминания, М., «Новое литературное обозрение», 2006 г., с. 247.
В разные годы Гидон Кремер играл на скрипках Страдивари, Гварнери и Амати.
Регистрация на конференц
Страница конференции во ВКонтакте: 
