Германия
Немецкий физик, предложивший ряд физических моделей.
Научную работу Герман Кирхгоф начал ещё студентом.
В 1845-1847 годах, занимаясь исследованием электрический цепей, он открыл закономерности протекания тока в разветвлённых цепях (правила Кирхгофа).
В 1859 году занялся анализом связи между процессами испускания и поглощения света.
Герман Кирхгоф заметил, что метод анализа можно сделать более информативным, если наблюдать не просто окраску пламени, а его спектр. Позже разработка этой идеи вместе с Робертом Бунзеном привела к созданию т.н. «спектрального анализа» и открытию новых химических элементов – цезия и рубидия.
«Говорят, нет на свете настоящей дружбы. Особенно среди учёных. Думаете, им бы только спорить да полемизировать? Ан нет, бывают и они не разлей вода, хоть и нечасто.
Когда Роберт Бунзен и Густав Кирхгоф совершали свои ежедневные совместные прогулки, им вслед удивлённо оборачивались. Высоченный широкоплечий Бунзен в высоченном же цилиндре и с сигарой во рту - и миниатюрный Кирхгоф, громко разговаривающий и с жаром жестикулирующий... Кирхгоф увлекался литературой, театром, умел декламировать перед публикой. Бунзена же было не вытащить из холостяцкой квартиры хоть на какое-нибудь представление, он признавал одну только науку. Но оба они были талантливы: Бунзен в химии, а Кирхгоф - в физике. И как пошутил их общий знакомый, самым большим открытием Бунзена было «открытие» Кирхгофа.
В общем, такие, разные, они были неразлучны. И постоянно обсуждали свои эксперименты. Обсуждали-обсуждали и вдруг подумали: а не поработать ли им вместе над чем-нибудь общим? Бунзен своим единственным глазом (второй был потерян во время лабораторных опытов) увидел большую перспективу в таком сотрудничестве.
Тогда не только в лабораториях, но и в светских салонах увлекались разложением света на радужные полоски спектра с помощью стеклышек. Но Кирхгоф сконструировал целый спектроскоп - пожертвовал для этого подзорную трубу, распилив её пополам и воткнув половинки в деревянный ящик из-под сигар! А Бунзен внёс свой вклад в виде горелки (сейчас даже начинающий химик знает горелку Бунзена, которая даёт бесцветное пламя; теперь, правда, насчет авторства Бунзена сильно сомневаются, но это не лишает горелку её «фамилии»).
Так друзья-приятели начали изучать спектры. Они помещали в пламя горелки всё подряд, от молока до сигарного пепла, и смотрели на цвет.
Чтобы определить, какой цвет спектра у какого вещества, они многократно фильтровали, промывали, растворяли - работа была на редкость кропотливой, но разве им привыкать? Натрий давал линию ярчайшего жёлтого цвета, калий - фиолетового, кальций - кирпично-красного...
От разноцветных линий уже рябило в глазах. Но это было здорово! Получается, можно определить, из чего состоит все вокруг! Так появился спектральный анализ...
Из окна лаборатории открывался вид на долину Рейна и городок Мангейм. Как-то раз в Мангейме случился пожар, а Бунзен с Кирхгофом возьми да и погляди на огонь через спектроскоп. В пламени чётко виднелись линии бария и стронция.
Вскоре после этого бледный взволнованный Кирхгоф встретил своего напарника чуть не криком:
- На Солнце есть натрий! На Солнце натрий!
- Что ты хочешь этим сказать?
А сказать Кирхгоф хотел то, что по спектру можно, пожалуй, изучать не только земные вещества, но и небесные светила. Мысль была дерзкой. «Все скажут, что мы сошли с ума», - заявил Бунзен, но тут же кинулся к спектроскопу.
Удивление было велико. В спектре Солнца товарищи обнаружили точно такие же линии, как и у известных на Земле веществ.
- Бунзен, я уже сошёл с ума, - прошептал один.
- Я тоже, Кирхгоф, - ответил второй. Далекие звезды приоткрыли свои тайны двум друзьям-ученым. Их метод потом позволил обнаружить новое вещество - гелий, которого на Солнце было сколько угодно.
А лично Бунзен открыл ещё два новых элемента, которым не долго думая дал названия по цветам их спектра: цезий - «небесно-голубой» и рубидий - «красный». Просто Бунзен исследовал Дюркгеймскую минеральную воду, которую ему прописали пить.
Спектральным анализом заинтересовались уже многие. Таллий, индий и галлий тоже обнаружили благодаря ему.
Но надо же, всего за пару лет до этих событий вопрос о составе Солнца считался для науки вовеки неразрешимым. Сейчас же не только Солнце, но и любой видимый космический объект можно изучить при помощи спектра».
Зернес С.П., Великие научные курьёзы. 100 историй о смешных случаях в науке,
М., «Центрополиграф», 2011 г., с. 25-27.
В 1862 году Герман Кирхгоф создал новую физическую модель: «абсолютно чёрного тела» в виде замкнутой полости с одним небольшим отверстием.
Регистрация на конференц
Страница конференции во ВКонтакте: 
