Кобзон Иосиф Давыдович

1937 год
-
2018 год

Россия (СССР)

Отечественный эстрадный певец.

О популярности артиста: «Когда мои студенты в Гнесинском институте спрашивают «Как Вам 40 лет удаётся сохранять такую популярность?» - я говорю: «Видите, Вас волнует этот вопрос, а меня - нет. И никогда меня не волновало, кто популярней меня? Но я всегда стремился быть не ниже профессионального уровня тех артистов, с которыми мне приходилось выступать. Иначе меня перестали бы приглашать для совместных концертов. А потом... каждый раз не кому-то, а самому себе я стремился доказать, что я - Кобзон, т.е., что то-то и то-то у меня было не случайно, и что я могу это сделать снова и снова. И сделать даже лучше, чем это было прошлый раз. Короче говоря, -  говорю я студентам, - когда Вы будете меньше думать о популярности, а больше делать что-то хорошо и очень хорошо или делать что-то по-настоящему новое и нужное, тогда из Вас, возможно, действительно что-то получится».

Кобзон И.Д., Как перед Богом, М., «Известия», 2006 г., с. 35-36.


О бремени популярности: «... Я не знаю ни одной известной личности в истории искусства, которая бы не подвергалась гонениям. Особенно со стороны бездарных чиновников, рассуждающих примерно так: «Ах... Ты личность? А вот я не подпишу тебе какую-нибудь бумажку, и всё! Сразу перестанешь быть личностью! Сразу поймёшь, что ты - букашка...».

Кобзон И.Д., Как перед Богом, М., «Известия», 2006 г., с. 245.

 

 

«Я делала прощальный тур Иосифа Кобзона, который длился 22 часа (в телеэфире он был 18 часов).
Мы начали в 19.00 и закончили в 5 утра. Я сказала: «Стоп, мотор!» В конце телеверсии он опускался на колени, целовал сцену и говорил: «Прощай, моя сцена!» Это было окончание телевизионного концерта.

Закончили запись, я ушла из-за режиссёрского пульта, за которым снимала. Утро, иду по коридорам за кулисами, а он продолжает петь. В зале оставалось человек 50-70, но он всё равно пел для них.

Они были в потрясении, никто не уходил, концерт продолжался до семи утра. Это притом, что мы начали в семь вечера. Я помню этот тур как сейчас, потому что для меня он стал абсолютным рекордом. Я еле держалась на ногах, но я всё это время просидела за пультом, а Кобзон на ногах отработал весь концерт без единого антракта. Кроме того, мало кто об этом знает, так что я раскрою секрет Иосифа Давыдовича: он терпеть не может мятой одежды. Если он надел концертный костюм, в котором выходит на сцену, он больше в этот вечер не присядет.

И всю ночь своего прощального выступления он провёл на ногах, ни разу не присев с семи вечера до семи утра.

Сменялись люди, гости на сцене, Иосиф Давыдович был великолепен, каждому уделял внимание. Он исполнил все песни из своего репертуара...

Я помню, как после часа ночи я стала «умирать», у меня затекло всё тело, в глазах рябило, а на сцене человек старше меня стоит, поет и великолепно себя держит. Ни признаков усталости, ни намеков на небрежность. Безупречный вид и отличное исполнение. Я поняла, что, несмотря на всю свою усталость, я просто не могу расслабляться. Не имею права. Так мы и провели этот концерт, словно участники одного марафона: он на сцене, я за пультом. Я так была увлечена - не просто концертом, сменяющимися номерами, а им самим».

Лина Арифулина, Корпорация звёзд: как стать звездой и остаться человеком, М., «Fashion Books», 2007 г., с. 70-71.

 

Новости
Случайная цитата
  • Вытеснения / замена интуиции технологиями
    «В конце Средневековья оперировать двух-трёхзначными числами умели лишь единицы самых образованных европейцев; при этом умножению можно было обучиться в Германии, а делению - в Италии. Просмотрев книги по истории математики, мы убеждаемся: операции эти были столь громоздкими, что для овладения ими действительно требовалось окончить университет. Легко убедиться и в том, насколько менее содержательными оставались картины до открытия живописцами изобразительной перспективы, отличия детских лиц от...