Инструкция по работе с Контекстной панелью

Негативный научный прогноз по В.В. Налимову

«Рассмотрим то, что известно о прогнозе.

1. Детерминированный прогноз возможен, если мы имеем дело с неким изолированным явлением, механизм которого известен, и если прогноз даётся на то время, за какое сама система, к которой относится изучаемое явление, остаётся устойчивой. Один из примеров - прогноз в небесной механике. Но и здесь начальные условия задаются с некоторой неопределённостью, и время от времени всё приходится пересчитывать.

2. Инженерный прогноз хорошо известен. Инженер, проектируя мост, прогнозирует его прочность на десятилетия. Он исходит из имеющихся у него знаний в области металловедения, сопротивления материалов, статистики сооружений и представления о том, что за несколько десятилетий с большой системой - Землей - ничего катастрофического произойти не может. И несмотря на то, что расчёты инженера точны, он всё же страхует себя таким завышением полученных им данных, которое немыслимо для экономиста или социолога.

3. В текущей естественно-научной деятельности прогноз возможен и невозможен. Теперь мы хорошо представляем себе революционный характер развития науки (Поппер, Кун). В момент подъёма в науке появляются концепции, выступающие в роли программ, задающих развитие экспериментальных работ, и предсказывающие новые эффекты. В моменты упадка старые концепции истощаются и оказывают тормозящее действие. Об этом уже много написано [...]. Но даже в моменты подъёма можно ли говорить о прогнозе? Ведь будущее здесь не черпается, из прошлого, как это должно быть в прогнозе по самому смыслу этого понятия. Здесь карнавал новых идей. Догадки, прозрения, но не прогноз.

4. Исходя из сказанного выше, становится ясной вся бессмысленность прогноза, основанного на экспертных оценках. Кому здесь отдавать предпочтение - большинству, носителям установившейся парадигмы, или меньшинству, ищущему новые пути? Как отличить ростки нового от сорняков, всегда сопровождающих развитие науки?

5. Но, говорят нам, есть же многочисленные примеры удачных прогнозов крупных социально-общественных явлений. Да, конечно, есть! Один из них, совсем удивительный, дан в эпиграфе к этой статье. Другие, почти столь же удивительные, мы можем найти у Нострадамуса. Почти такие же по своей силе прогнозы можно обнаружить и у учёных. Но чем они отличаются от приведённых выше ненаучных? Научностью своей аргументации? Но если эти высказывания были научными, в том смысле, как это понимают представители естественных наук, то почему далеко не все учёные признали эти прогнозы в момент их высказывания и почему этому научному методу прогнозирования не научились другие учёные и позднее не предсказали другие, очень серьёзные и даже катастрофические проявления нашей культуры?

6. Марксизм, несмотря на широкое его признание, всё же не породил математических моделей, однозначно и в деталях предсказывающих развитие общества. Увлечение американских учёных математическими моделями экономики в практическом отношении оказалось импотентным, что отмечает и Василий Леонтьев, создавший это направление.
Если подходить к описанию жизни общества с высокой требовательностью, то здесь мы должны признать, что до сих пор можно говорить только о спонтанности его развития. Иными словами, нельзя записать алгоритм, порождающий развитие общества во всех его проявлениях.
Это утверждение - не просто констатация наблюдаемого сейчас факта. Здесь можно говорить и о принципиальной неразрешимости данной задачи, но сейчас этот разговор увел бы нас в сторону. Если таково положение дел, то, казалось бы, естественно было обратиться к вероятностным методам прогноза. Но здесь мы имеем дело с нестационарными случайными процессами. Нет строгой математической теории для прогноза нестационарных процессов. Есть очень много попыток решить эту задачу на эвристическом уровне, но всё здесь выглядит жалко. Практически можно говорить только об очень краткосрочных прогнозах.

7. В чисто психологическом плане каждый человек непрерывно что-то прогнозирует. Он прогнозирует своё будущее, поступая на работу, вступая в брак, да и просто выходя из дома на улицу. Мы всегда живём в двух временных шкалах. В физическом плане мы живём в узком, для нас - точечном, интервале времени, а в плане сознания - живём в будущем и действуем ради него. Это раздвоение временных шкал - интересный феномен нашей культуры, видимо, порождающий внутреннюю дисгармонию. Прогноз здесь всегда вероятностный  и глубоко личный.
Здесь, наверное, можно говорить о поле исходных представлений, над которым задано распределение вероятностей, и о некоем субъективном, также вероятностно заданном фильтре, отражающем нашу систему предпочтения. Дальше можно воспользоваться хорошо известной теоремой Бейеса для получения распределения весов в окончательном - прогностическом суждении. Здесь всё можно рассказывать по аналогии с тем, как это будет сделано в пятом параграфе, когда речь пойдёт о вероятностной модели поведения. Отсюда, кстати, становится понятным, почему древние греки - народ трезвый и рационалистически мыслящий - обращались к пифии и вводили двусмысленность.
Они осознавали вероятностный характер прогноза. А сама процедура, со всей её торжественной таинственностью, видимо, стимулировала механизм вероятностного прогнозирования, действуя как некий триггер. Всё было не так нелепо, как это кажется на первый взгляд.

8. Научный негативный прогноз, безусловно, возможен. Строя кривые роста по данным прошлого, мы можем уверенно и математически обоснованно сказать чего не может быть, если в изучаемой системе всё прочее останется без изменений. Лет пятнадцать назад я построил кривую роста штатного состава одного большого отраслевого научно-исследовательского института. Точки с безукоризненной точностью ложились на экспоненту. Экстраполяция показала, что в 1980 году в институте будет 82000 сотрудников. Итак, вот наше основное утверждение: если научный прогноз и возможен, то только негативный.

Всё сказанное выше - это не доказательство данного утверждения, а только его развёрнутое изложение.

Представление о неизбежности экологического кризиса - это как раз и есть негативный прогноз. Этим и привлекательна книга Медоуза и его соавторов - в её негативной части. А все рассуждения прогностического характера о преодолении экологического кризиса, где бы они ни были написаны, нам представляются крайне наивными. И отнюдь не потому, что мы не верим в творческие силы человечества. Всякий позитивный прогноз предполагает переход на нулевые или почти нулевые скорости роста. Неизбежность этого очевидна. Но здесь возникают вопросы: подготовлено ли человечество, живущее в парадигме нашей культуры, к такому решительно и все радикально изменяющему шагу? Если этот шаг всё же будет сделан, то к каким последствиям это приведет - не потеряет ли общество свой жизненный потенциал? Современная наука совершенно не подготовлена к тому, чтобы дать ответы на эти вопросы».

Налимов В.В., Облик науки, М., СПб, «Центр гуманитарных инициатив»; «Издательство МВА», 2010 г., с. 288-292.