Гумилевский Лев Иванович

1890 год
-
1976 год

Россия (СССР)

Русский писатель и редактор.

 

Интересно впечатление детства - школьник Л.И. Гумилевский встретил на улице своего учителя:

«Евгений Валентинович Элухен преподавал нам с пятого класса математику. Он почти никогда меня не спрашивал, но в четвертях выводил пятёрки за «критический ум». Я как-то встретился с ним на Немецкой улице. Немецкая в Саратове служила всем для встреч и прогулок. Учитель мой подал мне руку, мы остановились. Дело шло уже к выпускным экзаменам, и он спросил меня, как идут дела.
- Боюсь провалиться, - признался я. - По совести говоря, я ведь ничего не знаю!
- Ну, если такие, как вы, будут проваливаться, то кто же кончать будет? Выдержите, - уверенно сказал он, - вот в университете дело будет серьёзнее!
Начался разговор на древнюю тему о том, что гений есть труд и алмаз требует шлифовки, чтобы стать бриллиантом, а затем перескочил на Шаляпина. Шаляпин давал тогда в Саратове концерты. Этими концертами Саратов был обязан в значительной мере второй жене Шаляпина Марии Валентиновне, родной сестре моего учителя, желавшей повидаться с братом и познакомить с ним Фёдора Ивановича. Более всего поразила Евгения Валентиновича способность Шаляпина везде и всегда, даже в гостях, работать над собой. Накануне Шаляпин был у него, и Элухен рассказывал:
- Вот видите ли, какой это человек! Сидим за столом, разговариваем. Жена хотела поставить конфорку на самовар и зацепила ею за что-то, и Фёдор Иванович тут же повторил вполголоса этот звук - и так верно, что мы диву дались. Не в том дело, что у него абсолютный музыкальный слух... А в том, что он и во всей славе своей ежеминутно, ежечасно работает над собой...

Я этот живой эпизод, рассказанный мне тогда моим учителем, правильно понял и на всю жизнь запомнил, но приверженность к делу вырастает не из подражания гению, а из чего-то другого, чего у меня тогда не было».

Гумилевский Л.И. Судьба и жизнь. Воспоминания, М., «Грифон», 2005 г., с. 21-22.

 

Л.И. Гумилевский неоднократно писал биографии для серии «Жизнь замечательных людей»: «Рудольф Дизель» (1933), «Густав Лаваль» (1936), «Жуковский» (1943), «Чернов» (1944), «Русские инженеры» (1947), «Бутлеров» (1951),  «Вернадский» (1961), «Зинин» (1965) и «Чаплыгин» (1969).

«Существует как бы два Гумилевских: один - автор нашумевшего «Собачьего переулка» и прочих произведений, трактующих моральную тему в духе «без черёмухи», другой - автор великолепных книг о творцах техники - Рудольфе Дизеле, Лавале - изобретателе паровой турбины, Крылове и др. Этим же вторым Гумилевским разработана интересная филологическая теория о разрушении стереотипов как основе художественного творчества». 

Нагибин Ю.М., Ими распорядился тридцать седьмой год / По пути в бессмертие, М., «Аст»; «Взои», 2004 г., с. 86.

«Известно, что в довольно отдалённом прошлом Л. Гумилевский писал плохую беллетристику (например, «Собачий переулок» и др.), и наша отчасти «злопамятность», а отчасти чистоплюйская щепетильность мешают относиться к новому творчеству Гумилевского справедливо, в полную меру его высокого достоинства. […]

Мы являемся последователями Горького, мы считаем Л. Гумилевского высокополезным писателем и художником в одной из труднейших областей прозы - в области научно-популярной литературы.  […]

Гумилевский блестяще справляется с введением в литературу новых типов людей, подобных Дизелю, - для нас такие люди принципиально важны, потому что они состоят в родстве с советскими людьми. В прошлом эти люди почти неминуемо погибали под тяжестью двойной трагедии: «естественной» и общественной. «Естественная» состоит в коллизии между сознательным трудом человека,- с одной стороны, и природой, вещественной действительностью,- с другой. Общественная - между творческим, прогрессивным человеком и политическим, технологическим, нравственным уровнем общества. Дизель был сломлен этой двойной нагрузкой. Против «естественной» трагедии мы возражаем в Советском Союзе  […]

В чем состоит новость, которую Гумилевский внёс в советскую литературу своими книгами?
В том, что он начал энергично осваивать ещё не обжитые места человеческой души: инстинкты технического творчества, профессиональное чувство, технологическое ощущение природы.
Для этого, прежде всего, самому автору пришлось серьёзно переучиться, стать в некоторой мере инженером, открыть в своём сознании неизвестные дотоле силы новой привязанности к действительности. Ведь писателю не требуется учиться писать о любви, о бытовом состоянии людей, о психологическом процессе и т. п. Этот опыт, хотя и в разной степени, но обязательно приобретает каждый человек; само течение жизни наносит в душу писателя этот материал. Но для того чтобы написать как о душевной драме о том, что поршень заедается в цилиндре, для этого рядового «автоматического» житейского опыта недостаточно: требуется затратить ещё добавочные, и немалые, усилия.

Гумилевский потратил эти усилия. Он сумел написать несколько повестей на тему творческого и профессионального отношения людей к действительности: не одним бытом, чувственностью и течением пассивного самосознания живёт на свете человек».

Платонов А.П., Книги о великих инженерах / Размышления читателя: литературно-критические стать и рецензии, М., «Современник», 1980 г., с. 23-24 и 32.

Новости
Случайная цитата
  • Внутрикадровый монтаж по Н.С. Михалкову
    «Я очень люблю длинные кадры, и, точно так же я считаю, что высший пилотаж, в определённых вещах мною достигнутый, когда люди не замечают, что это один кадр.Вы не видели «Утомлённые солнцем»? Там есть панорама хрестоматийная. Она должна войти в учебники для режиссёров. Когда поднимается портрет Сталина, Меньшиков поворачивается на камеру и мы идём вместе с ним; мы идём вместе с ним, он проходит мимо Гарика Леонтьева, говорит: «Документы», то, сё, «А что, там товарищ Котов сидит?!» «Да нет», - го...